Дивный сад

Дивный садОн ворвался в мою жизнь метеоритом:
Работа моя на тот период являлась одним из важных звеном в бесконечной цепи взлётов и падений, радостей и переживаний под общим названием «жизнь». Почему-то грустного тогда было больше, и именно работа секретарём в крупной фирме являлась той спасительной «соломинкой» в бушующем океане жизни. Окружающим казалось, что я идеальный образец молодой преуспевающей особы, трудящейся не только на «благо отечества», но и на устойчивое поддержание своего финансового положения и места под солнцем.

Да, жаловаться мне не приходилось. Приличный заработок, позволявший удовлетворять все мои маленькие и не только маленькие капризы, круг общения среди «акул» промышленного бизнеса и красивый, богатый бой-френд, готовый мир возложить к моим ногам.
Но чего-то мне всё-таки не хватало: Постоянно чувствовался внутренний, душевный голод, временно утоляемый частыми вылазками в театры, музеи и на выставки. Но этого было мало.

После каждого посещения очередной выставки мне хотелось петь или плакать, мне хотелось с кем-то поделится своими впечатлениями, но Игорь, мой благоверный, не хотел слушать «все мои бредни». Нет, он слушал, точнее, делал вид что слушает, а сам прокручивал в голове очередную сделку. По началу я с ним делилась, пыталась научить думать, видеть как я, но своими глазами, но, увы это у меня не получилось и устав говорить «в путсоту» я поняла что одинока.

Я ушла в себя, стала больше времени посвящать своей профессиональной деятельности, прорываясь, словно спринтер вверх по служебной лестнице. Из девочки на побегушках я превратилась в правую руку своего шефа, который, казалось, теперь не только без меня работать не мог, но не мог ни пить, ни есть, ни даже дышать.
Артурыч (так я про себя называла своего босса), готов был поставить для меня стул за его огромным столом, но выслушав мои веские доводы и аргументы согласился еще на время оставить меня на должности секретарше и выплачивать зарплату в конверте, дабы не вызвать недовольства остальных не менее квалифицированных сотрудников.

С Игорем мы продолжали встречаться, в наших отношениях ничего не изменилось, только по выставкам я стала ходить одна, но он этого почему-то даже и не заметил. Он так же продолжал заключать успешные сделки, а вечерами приезжал ко мне на стакан молока перед сном, расписывая мне наше будущее с шикарной свадьбой и счастливой семейной жизнью с одним ребёнком и обязательно мальчиком, так как такой умный род как его никак не мог исчезнуть с лица земли.
В тот день, решив устроить себе, небольшой отдых после многочасовой работы, я, расслабившись в своем большом удобном кресле, мысленно погрузилась в «Воскресение» Л. Н. Толстого думая о любви Нехлюдова к бедной Масловой.

-Девушка, работать надо, а не о мальчиках думать! — как гром среди ясного неба прозвучало у меня над головой.
Словно ужаленная гигантской осой я вскочила, повалив на пол стопку документов и мои любимые очки, заработанные бессонными ночами сидения над документами и перед компьютером.
-Стучаться надо, — бросила я в ответ, собирая с пола бумаги.
-Так я стучался, — молвил неожиданный гость, — но вы, погружённая:
но хруст стекла не дал ему договорить, из-под запыленного носка его дорогого ботинка торчали мои любимые очки:

Сдержав в себе готовый вырваться н а волю «Везувий» я со стоическим спокойствием собрала всё с пола, узнала что надо «дорогому гостю» и ответив, что директор до пятницы в командировке, поспешила с ним распрощаться. Бедный «гость», обескураженный «смертью» моего имущества, поспешил скрыться за большой дубовой дверью. А я как первоклашка из-за первой двойки побежала плакать в туалет над своей потерей. Успокоившись и заверив себя в том что, мои очки устарели и их давно пора было менять, я ушла с головой в работу. И только в девять вечера, осознав, что уже действительно поздно, а не «просто часы остановились», я засобиралась домой. Офис уже пустовал и только сторож, добрый дядя Миша нёс свою вахту с неизменным карманным детективом в руках.

Я вышла на улицу и поёжившись под пронзительным ветром поспешила к метро, но не пройдя и двух шагов встала как вкопанная перед барьером в виде «дневного гостя» с необъятным букетом роз.
-Девушка, извините, вот решил пригласить вас на поминки ваших так внезапно скончавшихся очков.
От его наглости я потеряла дар речи, но его милая, немного детская улыбка сделала своё подлое дело и я как загипнотизированная, приняв его благоухающее подношение, пошлепала по лужам недавно прошедшего дождя к его машине. Мы поехали, куда я даже не спросила. По дороге в «неизвестность» Эдуард (таковым оказалось его имя) угостил меня большим гамбургером из «Макдональдса», аргументировав это тем, «что я, наверное, бедненькая еще ничего не ела». Как ни странно, он оказался прав, за мной водился такой «грех» — забывать об обеде, поглощая массу нескончаемой работы.

-Ну, вот мы и на месте, — молвил мой рыцарь сегодняшнего вечера, — мне кажется, вам должно понравиться.
«Боже, — подумала я, — как он догадался, казалось, я уже лет сто не была в кино!» А раньше, в студенческие годы не было случая, чтоб я пропустила очередную премьеру фильма.
Улыбка озарила моё лицо, усталость улетела к звёздам и мы с Эдиком как дети побежали в кассу за билетами.
Запасшись большим пакетом поп-корна и бутылкой пепси, мы устроились в удобных креслах «красного зала» и погрузились в сюжет исторического фильма.

По дороге домой мы без умолку делились впечатлениями от просмотренной картины. У подъезда моего дома Эдуард галантно поцеловав мне руку и пожелав спокойной ночи, укатил в ночь, а я внезапно осознав усталость прошедшего дня, на ватных ногах поднялась домой.

С этого вечера река моей жизни вышла из берегов и забурлила быстрым горным потоком. Наши встречи с Эдиком были не часты, но когда мы встречались, то отдавались друг другу полностью и душой и телом.
Мой бедный Игорёк, поглощённый крупным проектом даже не замечал моей измены, а я не находила смелости признаться ему в этом и через два месяца он улетел в командировку, обещая звонить каждый вечер и желать приятных сновидений. А Эдик всё чаще стал оставаться у меня на стакан молока перед сном, да и на сам сон тоже, хотя спать в такие ночи у нас получалось мало.

В один из субботних дней он повёз меня за город и сделал подарок — скромный деревенский домик с приусадебным хозяйством чуть более 15 соток. И я, от корней волос городская девчонка влюбилась в землю по уши. Через месяц наш с Эдиком сад представлял разнообразие цветов и красок, вызывая радость, а порой и зависть у соседей. Теперь каждые выходные мы мчались в наш маленький рай и наслаждались друг другом в мире красивых цветов и приятных ароматов.
В тот вечер мы возвращались поздно, я уже не помню о чём мы разговаривали, помню только яркий свет встречных фар, визг тормозов и темноту:
Потом опять яркий свет и человек в белом халате, оповестивший меня о том что со мной и моим будущим ребёнком всё в порядке «:а ваш супруг :извините»
Супруг: ребёнок: ребёнок: супруг: ЭДИК:
Эдик и наш ребёнок:

Мой мозг не мог всего этого вынести и опять погрузился в темноту.
В положенный срок я родила здоровую дочку. В её маленьком тельце и папиных глазах сконцентрировался смысл моей жизни.

Игорёк все также заезжал в гости на стакан молока, только теперь его непременными спутниками стали мягкие игрушки, уже наполовину заполнившие мою квартиру. Он так и не смог уйти от меня, а я не смогла прогнать его, да я и не пыталась, оставив выбор за ним. А Артурыч не мог справиться без меня на работе и наведывался почти каждый вечер с пачкой неотложных документов.
Глядя на дочурку, с интересом наблюдающую из своей коляски за бабочками, которые порхают по цветам дивного сада, я уже не чувствую себя одинокой и потерянной в этом большом мире. И каждый раз целуя её, я целую мысленно Эдика, который подарил мне такое большое счастье.

Анна Зубко

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here